Тогда во всем доме воцарилось молчание, более глубокое, чем молчание смерти.
Наконец через четверть часа послышались нетвердые шаги, и Вильфор появился на пороге гостиной, где находились д'Авриньи и Моррель, один -- погруженный в задумчивость, другой -- задыхающийся от горя.
-- Идемте, -- сказал Вильфор.
И он подвел их к Нуартье.
Моррель внимательно посмотрел на Вильфора.
Лицо королевского прокурора было мертвенно-бледно; багровые пятна выступили у него на лбу; его пальцы судорожно теребили перо, ломая его на мелкие куски.
-- Господа, -- сдавленным голосом сказал он д'Авриньи и Моррелю, -- дайте мне честное слово, что эта ужасная тайна останется погребенной в наших сердцах!
У тех вырвалось невольное движение.
-- Умоляю вас!.. -- продолжал Вильфор.
-- А что же виновник!.. -- сказал Моррель. -- Убийца!.. Отравитель!..