-- Все, -- отвечал Моррель.
-- Вы не ждете никаких поступлений?
-- Никаких.
-- Все средства истощены?
-- Все.
-- И через полчаса... -- мрачно прошептал Максимилиан, -- наше имя будет обесчещено!
-- Кровь смывает бесчестие, -- сказал Моррель.
-- Вы правы, отец, я вас понимаю.
Он протянул руку к пистолетам.
-- Один для вас, другой для меня, -- сказал он. -- Благодарю.