-- Эй! -- продолжал кричать Кадрусс, привстав и опершись кулаком о стол. -- Эй, Эдмон! Не видишь ты, что ли, друзей или уж так загордился, что не хочешь и говорить с ними?
-- Нет, дорогой Кадрусс, -- отвечал Дантес, -- я совсем не горд, я счастлив, а счастье, очевидно, ослепляет еще больше, чем гордость.
-- Дело! -- сказал Кадрусс. -- Вот это объяснение! Здравствуйте, госпожа Дантес!
Мерседес чинно поклонилась.
-- Меня так еще не зовут, -- сказала она. -- У нас считается, что можно накликать беду, если называть девушку по имени ее жениха, когда этот жених еще не стал ей мужем; поэтому называйте меня Мерседес, прошу вас.
-- Сосед Кадрусс не так уж виноват, -- сказал Дантес, -- он ненамного ошибся!
-- Так, значит, свадьба будет скоро? -- спросил Данглар, раскланиваясь с молодой парой.
-- Как можно скорее. Сегодня сговор у моего отца, а завтра или послезавтра, никак не позже, обед в честь помолвки здесь, в "Резерве". Надеюсь, будут все друзья: это значит, что вы приглашены, господин Данглар; это значит, что и тебя ждут, Кадрусс.
-- А Фернан? -- спросил Кадрусс, смеясь пьяным смехом. -- Фернан тоже будет?
-- Брат моей жены -- мой брат, -- сказал Эдмон, -- и мы, Мерседес и я, были бы глубоко огорчены, если бы его не было с нами в такую минуту.