-- А вы, по-видимому, новую ленточку? На вашей пряжке голубая полоска, которой прежде не было.
-- Да, мне прислали звезду Карла Третьего, -- небрежно сказал Дебрэ.
-- Не притворяйтесь равнодушным, сознайтесь, что вам приятно ее получить.
-- Не скрою, очень приятно. Как дополнение к туалету, звезда отлично идет к застегнутому фраку -- это изящно.
-- И становишься похож на принца Уэльского или на герцога Рейхштадтского, -- сказал, улыбаясь, Морсер.
-- Вот почему я и явился к вам в такой ранний час, дорогой мой.
-- То есть потому, что вы получили звезду Карла Третьего и вам хотелось сообщить мне эту приятную новость?
-- Нет, не потому. Я провел всю ночь за отправкой писем: двадцать пять дипломатических депеш. Вернулся домой на рассвете и хотел уснуть, но у меня разболелась голова; тогда я встал и решил проехаться верхом. В Булонском лесу я почувствовал скуку и голод. Эти два ощущения враждебны друг другу и редко появляются вместе, но на сей раз они объединились против меня, образовав нечто вроде карлистско-республиканского союза. Тогда я вспомнил, что мы сегодня утром пируем у вас, и вот я здесь. Я голоден, накормите меня; мне скучно, развлеките меня.
-- Это мой долг хозяина, дорогой друг, -- сказал Альбер, звонком вызывая камердинера, между тем как Люсьен кончиком своей тросточки с золотым набалдашником, выложенным бирюзой, подкидывал развернутые газеты, -- Жермен, рюмку хереса и бисквитов. А пока, дорогой Люсьен, вот сигары, контрабандные, разумеется; советую вам попробовать их и предложить вашему министру продавать нам такие же вместо ореховых листьев, которые добрым гражданам приходится курить по его милости.
-- Да, как бы не так! Как только они перестанут быть контрабандой, вы от них откажетесь и будете находить их отвратительными. Впрочем, это не касается министерства внутренних дел, это по части министерства финансов; обратитесь к господину Юману, департамент косвенных налогов, коридор А, номер двадцать шесть.