"Это не важно, -- сказал Кадрусс, -- я вернусь вместе с вами в Бокер за остальными пятью тысячами".
"Нет, -- отвечал ювелир, отдавая Кадруссу оправу и алмаз, -- нет, это крайняя цена, и я даже жалею, что предложил вам эту сумму, потому что в камне есть изъян, который я вначале не заметил; но делать нечего, я не беру назад своего слова; я сказал сорок пять тысяч франков и не отказываюсь от этой цифры".
"По крайней мере вставьте камень обратно", -- сердито сказала Карконта.
"Вы правы", -- сказал ювелир.
И он вставил камень в оправу.
"Не беда, -- проворчал Кадрусс, пряча футляр в карман, -- продадим кому-нибудь другому".
"Конечно, -- отвечал ювелир, -- только другой не будет так сговорчив, как я; другой не удовлетворится теми сведениями, которые вы сообщили мне; это совершенно неестественно, чтобы человек в вашем положении обладал перстнем в пятьдесят тысяч франков; он сообщит властям, придется разыскивать аббата Бузони, а разыскивать аббатов, раздающих алмазы ценою в две тысячи луидоров, не легкое дело; правосудие для начала наложит на него руку, вас засадят в тюрьму, а если обнаружится, что вы ни в чем не виновны, и вас через три или четыре месяца освободят, то окажется, что перстень затерялся в какой-нибудь канцелярии, или вам всучат фальшивый камень, франка в три ценою, вместо алмаза, стоящего пятьдесят, может быть, даже пятьдесят пять тысяч франков, но покупка которого, согласитесь, сопряжена с некоторым риском".
Кадрусс и его жена переглянулись.
"Нет, -- заявил Кадрусс, -- мы не настолько богаты, чтобы терять пять тысяч франков".
"Как вам угодно, любезный друг, -- сказал ювелир, -- а между тем я, как видите, принес с собой деньги наличными".