-- Понимаю, сударыня, -- сказал граф, осматривая ребенка, -- но не беспокойтесь, с ним ничего не случилось, это просто от страха.
-- Ради бога, -- воскликнула мать, -- может быть, вы только успокаиваете меня? Смотрите, как он бледен! Мальчик мой! Эдуард! Откликнись! Скорее пошлите за доктором. Я все отдам, чтобы спасти моего сына!
Монте-Кристо сделал рукою знак, пытаясь ее успокоить, затем открыл какой-то ящичек, достал инкрустированный золотом флакон из богемского хрусталя, наполненный красной, как кровь, жидкостью, и дал упасть одной капле на губы ребенка.
Мальчик, все еще бледный, тотчас же открыл глаза.
Видя это, мать чуть не обезумела от радости.
-- Да где же я? -- воскликнула она. -- И кому я обязана этим счастьем после такого ужаса?
-- Вы находитесь в доме человека, который счастлив, что мог избавить вас от горя, -- ответил Монте-Кристо.
-- О, проклятое любопытство! -- сказала дама. -- Весь Париж говорил о великолепных лошадях госпожи Данглар, и я была так безумна, что захотела покататься на них.
-- Как? -- воскликнул граф с виртуозно разыгранным изумлением. -- Разве это лошади баронессы?
-- Да, сударь; вы знакомы с ней?