-- Нет, это было на свежем воздухе... это было... не знаю... мне почему-то в связи с этим вспоминается яркий солнечный день и что-то вроде церковного праздника... У мадемуазель де Вильфор были в руках цветы; мальчик гонялся по саду за красивым павлином, а мы сидели в беседке, обвитой виноградом... Помогите же мне, сударыня! Неужели то, что я сказал, ничего вам не напоминает?
-- Нет, право, ничего, -- отвечала г-жа де Вильфор, -- а между тем, граф, я уверена, что, если бы я где-нибудь встретила вас, ваш образ не мог бы изгладиться из моей памяти.
-- Может быть, граф видел нас в Италии? -- робко сказала Валентина.
-- В самом деле, в Италии... Возможно, -- сказал Монте-Кристо. -- Вы бывали в Италии, мадемуазель?
-- Мы были там с госпожой де Вильфор два года тому назад. Врачи боялись за мои легкие и посоветовали мне пожить в Неаполе. Мы проездом были в Болонье, Перудже и Риме.
-- Так и есть! -- воскликнул Монте-Кристо, как будто это простое указание помогло ему разобраться в его воспоминаниях. -- В Перудже, в день праздника тела господня, в саду Почтовой гостиницы, где случай свел всех нас -- вас, сударыня, мадемуазель де Вильфор, вашего сына и меня, я и имел честь вас видеть.
-- Я отлично помню Перуджу, и Почтовую гостиницу, и праздник, о котором вы говорите, граф, -- сказала г-жа де Вильфор, -- но сколько я ни роюсь в своих воспоминаниях и сколько ни стыжу себя за плохую память, я совершенно не помню, чтобы имела честь вас видеть.
-- Это странно, и я тоже, -- сказала Валентина, поднимая на Монте-Кристо свои прекрасные глаза.
-- А я отлично помню, -- заявил Эдуард.
-- Я сейчас помогу вам, -- продолжал граф. -- День был очень жаркий; вы ждали лошадей, которых из-за праздника вам не торопились подавать. Мадемуазель удалилась в глубь сада, а ваш сын скрылся, гоняясь за павлином.