-- Господа, -- сказал он, -- должны же вы согласиться, что на известной степени благосостояния только излишество является необходимостью, точно так же, как -- дамы, конечно, согласятся -- на известной степени экзальтации реален только идеал? Продолжим эту мысль. Что такое чудо? То, чего мы не понимаем. Что всего желаннее? То, что недосягаемо. Итак, видеть непостижимое, добывать недосягаемое -- вот чему я посвятил свою жизнь. Я достигаю этого двумя способами: деньгами и волей. Чтобы осуществить свою прихоть, я проявляю такую же настойчивость, как, например, вы, господин Данглар, -- прокладывая железнодорожную линию; вы, господин де Вильфор, -- добиваясь для человека смертного приговора; вы, господин Дебрэ, -- умиротворяя какое-нибудь государство; вы, господин Шато-Рено, -- стараясь понравиться женщине; и вы, Моррель, -- укрощая лошадь, которую никто не может объездить. Вот, например, посмотрите на этих двух рыб: одна родилась в пятидесяти лье от Санкт-Петербурга, а другая -- в пяти лье от Неаполя; разве не забавно соединить их на одном столе?
-- Что же это за рыбы? -- спросил Данглар.
-- Вот Шато-Рено жил в России, он скажет вам, как называется одна из них, -- отвечал Монте-Кристо, -- а майор Кавальканти, итальянец, назовет другую.
-- Это, -- сказал Шато-Рено, -- по-моему, стерлядь.
-- Совершенно верно.
-- А это, -- сказал Кавальканти, -- если не ошибаюсь, минога.
-- Вот именно. А теперь, барон, спросите, где ловятся эти рыбы.
-- Стерляди ловятся только в Волге, -- ответил Шато-Рено.
-- Я не слышал, -- сказал Кавальканти, -- чтобы где-нибудь, кроме озера Фузаро, водились миноги таких размеров.
-- Так оно и есть: одна прибыла с Волги, другая с озера Фузаро.