-- Ты видишь, сказалъ онъ:-- ты ѣдешь, и я за тобой.
-- О! какъ я буду счастлива, Бюсси, зная, что ты со мною! Со мною, днемъ и ночью.
-- Но днемъ онъ увидитъ меня.
-- Нѣтъ, ты будешь ѣхать за нами, и я одна буду тебя видѣть, мой Луи. На поворотахъ, на пригоркахъ, я буду видѣть перо на твоей шляпѣ, конецъ твоего плаща; все будетъ говорить, что ты со много, что ты любишь меня!.. И вечеромъ, когда синій покровъ опустится на землю, ты подъѣдешь ко мнѣ... мы будемъ вмѣстѣ! О, какое счастіе!
-- Говори, говори, моя милая, возлюбленная Діана; ты сама не знаешь, сколько гармоніи въ твоемъ голосѣ.
-- И когда мы будемъ ѣхать ночью,-- Реми говоритъ, что это не повредитъ больному,-- мы обнимемся, поцалуемся, и одно пожатіе руки скажетъ тебѣ, что я весь день думала о тебѣ, о тебѣ одномъ!
-- О! какъ я люблю тебя! Какъ я люблю тебя! проговорилъ Бюсси.
-- Мнѣ кажется, продолжала Діана: -- души наши такъ тѣсно связаны, что даже въ отдаленіи, безъ словъ, безъ взглядовъ мы будемъ понимать другъ друга.
-- Да, но видѣть тебя... сжимать тебя въ объятіяхъ... о, Діана! Діана!
И лошади молодыхъ людей шли рядомъ, а они забывали весь міръ...