Реми также задумался, но первый прервалъ молчаніе:
-- Вы не можете переѣхать туда, сказалъ онъ.
-- А отъ-чего бы это, почтеннѣйшій господинъ докторъ?
-- Отъ-того, что обер-егермейстеръ Франціи долженъ жить соотвѣтственно своему сану; принимать, имѣть экипажи, многочисленную прислугу. Изъ прихоти онъ можетъ выстроить своимъ собакамъ дворецъ, но никакая прихоть не дозволяетъ ему самому жить въ собачьей конурѣ.
-- Гм! справедливо! сказалъ Монсоро.
-- Кромѣ-того, продолжалъ Реми: -- я не только врачъ вашего тѣла, но и души; вы напрасно говорите, что переѣзжаете для себя.
-- Для кого же?
-- Для графини; вы хотите ее удалить.
-- Такъ что жь?
-- Пусть графиня и переѣзжаетъ.