-- Точно-такъ, ваше высочество, это я, отвѣчалъ графъ, кровь котораго страшно кипѣла.
Усиліе, съ которымъ онъ старался скрыть свое волненіе, имѣло на него такое страшное дѣйствіе, что онъ не могъ устоять на ногахъ, и, въ изнеможеніи, опустился на стулъ, стоявшій возлѣ самой двери.
-- Вы убьете себя, другъ мой, вскричалъ герцогъ: -- какъ вы блѣдны! съ вами дѣлается обморокъ!
-- О, нѣтъ, ваше высочество! Нѣтъ, сперва я переговорю съ вами, а потомъ, можетъ-быть, упаду въ обморокъ.
-- Говорите, говорите, любезный графъ! сказалъ Франсуа, видимо встревоженный.
-- Дѣло мое такъ важно, что я не могу говорить въ присутствіи людей вашего высочества, сказалъ Монсоро.
Герцогъ отпустилъ всѣхъ людей, даже Орильи.
Обер-егермейстеръ и принцъ остались одни,
-- Вы только-что пришли домой, герцогъ? спросилъ Монсоро.
-- Какъ видите, графъ.