-- Слушай!.. Однажды вечеромъ...
-- Страшно начинается, сказалъ Анграге.
-- Не мѣшай же!-- Однажды вечеромъ я возвращался отъ своего дяди черезъ Меридорскій-Лѣсъ. Этому будетъ мѣсяцевъ шесть; вдругъ слышу ужасный крикъ и вижу, что въ нѣсколькихъ шагахъ отъ меня скачетъ бѣлая осѣдланная лошадь; всадника на ней не было; я поскакалъ за нею и на концѣ длинной аллеи, омраченной вечерними сумерками, вижу всадника на ворономъ копѣ: онъ не скакалъ, а летѣлъ. Еще разъ послышался страшный крикъ, и я замѣтилъ, что передъ нимъ лежала перекинутая черезъ сѣдло женщина, которой онъ старался зажать ротъ рукою. Со мной было охотничье ружье;.ты знаешь, что я стрѣляю обыкновенно довольно-мѣтко. Я прицѣлился и вѣрно подстрѣлилъ бы всадника, еслибъ ружье не дало осѣчки.
-- Что же потомъ? спросилъ Бюсси.
-- Потомъ я разспрашивалъ дровосѣка, что это былъ за человѣкъ, похищавшій женщинъ; дровосѣкъ отвѣчалъ, что это былъ мосьё де-Монсоро.
-- Такъ что жь за бѣда! сказалъ Антраге:-- похищать женщинъ позволительно; это водится, не правда ли, Бюсси?
-- Правда, отвѣчалъ Бюсси:-- но имъ по-крайней-мѣрѣ не мѣшаютъ кричать.
-- Кто же была женщина, которую онъ похищалъ? спросилъ Антраге.
-- Этого никто не зналъ.
-- Да! сказалъ Бюсси:-- онъ въ-самомъ-дѣлѣ человѣкъ весьма-любопытный...