-- Да, отвѣчалъ Бюсси:-- это его почеркъ и подпись.
Діана вздохнула.
-- Не-уже-ли онъ не такъ виновенъ, какъ я полагала? прогорила она.
-- Кто, принцъ? спросилъ Бюсси.
-- Нѣтъ, графъ де-Монсоро?
Но Бюсси не отвѣчалъ.
-- Продолжайте, сударыня, и тогда мы произнесемъ судъ надъ герцогомъ и графомъ.
-- Это письмо, въ неподложности котораго я тогда не имѣла никакой причины сомнѣваться, потому-что оно такъ хорошо согласовалось съ моими собственными опасеніями, -- это письмо возвѣщало мнѣ, Какъ предвидѣла Гертруда, опасность, въ которой я находилась и въ которой покровительство неизвѣстнаго друга, предлагавшаго мнѣ свою помощь именемъ отца моего, было мнѣ еще драгоцѣннѣе. На немъ я основала всѣ свои надежды.
"Мы съ Гертрудой опять не спускали глазъ съ другаго берега пруда и той части лѣса, которая находилась противъ нашихъ оконъ, но не замѣтили ничего такого, что могло бы оправдать наши надежды.
"Наступила ночь; но такъ-какъ это было въ январѣ, то стемнѣло уже въ четыре часа: слѣдственно, пять смертельныхъ часовъ оставалось еще до рѣшительной минуты; мы ждали съ невыразимою боязнію.