-- Всѣ ли вышли? Сейчасъ запрутъ двери.
Никто не отвѣчалъ. Шико вытянулъ впередъ шею и увидѣлъ, что въ часовнѣ остались только три монаха въ сѣрыхъ рясахъ.
-- Ладно, сказалъ Шико: -- лишь бы не запирали оконъ, такъ я ужь выберусь.
-- Осмотримъ церковь, сказалъ служка брату-привратнику.
-- Ventre-de-biche! проворчалъ Шико: -- я не удѣлю мѣста въ своемъ сердцѣ этому монашку!
Братъ-привратникъ зажегъ восковую свѣчу и вмѣстѣ съ привратникомъ сталъ обходить церковь.
Положеніе Шико было чрезвычайно-опасно. Братъ-привратникъ и служка должны проидти мимо его и непремѣнно замѣтили бы его. Шико постепенно обходилъ колонну по-мѣрѣ-того, какъ свѣтъ приближался и оставаясь такимъ образомъ въ тѣни; потомъ, отворивъ тихонько исповѣдальню, вошелъ въ нее и заперъ за собою дверь.
Братъ-привратникъ и служка прошли въ четырехъ шагахъ отъ него, и сквозь рѣшетку свѣтъ упалъ на платье Шико.
-- Чортъ возьми! ворчалъ про себя Шико:-- не вѣчно же братъ-привратникъ, служка и три сѣрые монаха останутся въ церкви; когда они уйдутъ, такъ я подставлю стулья къ окну и вылѣзу...
-- Да! вылѣзу... продолжалъ Шико, отвѣчая самому-себѣ:-- вмлѣзу на дворъ, а не на улицу!.. Нѣтъ, ужь лучше дождаться утра... закутаюсь въ рясу Горанфло и усну... нечего дѣлать!