"Но, братія, обвинять не значитъ утверждать.
"Хотя мы не знаемъ настоящаго источника зла, а только подозрѣваемъ его, -- но зло, однакожь, существуетъ... Если виновникъ этого зла и не король, такъ виновны мнимые друзья, его окружающіе, а потому я долженъ былъ, какъ истинный, вѣрный служитель церкви и престола, присоединиться къ тѣмъ, которые всѣми способами стремятся истреблять еретиковъ и коварныхъ совѣтниковъ. Вотъ, господа, чему и я хочу содѣйствовать всѣми силами; вотъ почему и я присоединяюсь къ лигѣ."
-- О-го! подумалъ Шико съ изумленіемъ: -- одно ушко выказалось, да только не ослиное, какъ я думалъ сперва, а лисье.
Эта рѣчь герцога анжуйскаго,-- показавшаяся, быть-можетъ, нѣсколько-длинною нашимъ читателямъ, незнакомымъ съ политикой того вѣка,-- такъ сильно возбудила участіе слушателей, что почти Всѣ приблизились къ принцу, чтобъ не проронить ни одного слова изъ рѣчи, произносимой болѣе и болѣе глухимъ, неявственнымъ голосомъ, по мѣрѣ того, какъ смыслъ ея становился яснѣе.
Зрѣлище было любопытное. Толпа изъ двадцати-пяти или тридцати слушателей, съ откинутыми капюшонами, оставлявшими незакрытыми благородныя, смѣлыя физіономіи, на которыхъ было написано сильное любопытство, группировалась вокругъ принца и была освѣщаема блѣднымъ свѣтомъ единственной лампы.
Остальная часть церкви, какъ-бы чуждая драмы, разъигрывавшейся на одной точкѣ, была погружена въ глубокій, непроницаемый мракъ.
Посреди группы видно было блѣдное лицо герцога анжуйскаго, со впалыми глазами и ртомъ, походившимъ на челюсть черепа.
-- Ваше высочество, сказалъ герцогъ де-Гизъ: -- благодаря васъ за произнесенныя слова, осмѣлюсь прибавить, что вы окружены людьми преданными не только изложеннымъ вами правиламъ, но и особѣ вашего высочества, въ чемъ послѣдствія этого совѣщанія вполнѣ убѣдятъ васъ.
Герцогъ анжуйскій поклонился и, поднявъ голову, окинулъ собраніе безпокойнымъ взоромъ.
-- Ваше высочество, сказалъ кардиналъ, отъ котораго не ускользнулъ взглядъ принца: -- если вы еще опасаетесь, такъ надѣюсь, что одни имена окружающихъ васъ могутъ ручаться за вѣрность и преданность ихъ. Вогъ губернаторъ д'Онисъ, д'Антрагъ младшій, де-Риберакъ и де-Ливаро, молодые дворяне, знакомые вашему высочеству; вотъ еще вид а мъ кастильйонскій, баронъ де-Люсиньянъ, господа Крюсе и Леклеръ,-- все люди, убѣжденные въ благоразуміи вашего высочества и счастливые тѣмъ, что служатъ святой религіи и престолу подъ вашимъ начальствомъ. Слѣдовательно, мы всѣ съ признательностью готовы принять повелѣнія вашего высочества.