Но едва онъ вышелъ изъ Улицы-Сен-Жакъ, какъ движеніе монаховъ, увидѣвшихъ его, внушило ему невыразимую боязнь.
-- Они говорятъ обо мнѣ, подумалъ онъ:-- они показываютъ на меня, ждутъ меня; меня вѣрно проискали всю ночь; отсутствіе мое надѣлало шума. Я погибъ!
У него закружилась голова; ему пришла отчаянная мысль -- бѣжать, бѣжать безъ оглядки; но нѣкоторые изъ монаховъ шли уже къ нему на встрѣчу; бѣжать не было никакой возможности -- его непремѣнно догонятъ, свяжутъ, насильно повлекутъ въ монастырь... Горанфло покорился своей судьбѣ.
Опустивъ голову, онъ шелъ на встрѣчу товарищамъ, которые остановились въ нерѣшимости.
-- Увы! подумалъ Горанфло: -- они, кажется, не хотятъ знать меня.
Наконецъ, одинъ изъ монаховъ пошелъ на встрѣчу къ Горанфло и сказалъ:
-- Бѣдный братъ нашъ!
Горанфло вздохнулъ и поднялъ глаза къ небу.
-- Вы знаете, что пріоръ васъ ждетъ? сказалъ другой.
-- Ахъ, Боже мой!