-- Да въ моей роднѣ этого никогда не было, почтеннѣйшій! Этотъ монахъ жесточайшій врагъ всѣхъ гугенотовъ, отъ-чего и попался въ немилость къ его величеству Генриху III, покровительствующему, какъ вамъ извѣстно, еретикамъ.
Трактирщикъ начиналъ принимать живое участіе въ судьбѣ бѣднаго Горанфло.
-- Тс! сказалъ онъ, приложивъ палецъ къ губамъ.
-- Развѣ у васъ есть здѣсь королевскіе люди? спросилъ Шико.
-- Кажется, отвѣчалъ хозяинъ, кивнувъ головою: -- вотъ тамъ, за перегородкой.
-- О! такъ намъ здѣсь оставаться страшно... убраться лучше поскорѣе...
-- Да куда же вы пойдете?
-- Нашъ пріятель, содержатель одной изъ парижскихъ гостинницъ, ла-Гюрьеръ, далъ намъ адресы...
-- Ла-Гюрьеръ? Такъ вы знаете Ла-Гюрьера?
-- Тс! не говорите этого никому; мы познакомились съ нимъ въ варѳоломеевскую ночь.