-- Здоровъ.
-- Зачѣмъ же ты меня будишь?
-- Мнѣ грустно.
-- Не-уже-ли? Смотри, пожалуй!
-- Мнѣ очень-грустно.
-- Тѣмъ лучше.
-- Какъ, тѣмъ лучше?
-- Да такъ; грусть заставляетъ призадуматься; а призадумаешься, такъ и разсудишь, что въ два часа ночи можно будить честнаго человѣка развѣ только для того, чтобъ сдѣлать ему подарокъ. Что же ты мнѣ принесъ? Показывай.
-- Ничего, Шико; я пришелъ говорить съ тобою.
-- Этого мало.