-- Почему?
-- Онъ произнесъ проклятіе.
-- Еще бы, mordieu! Другой, на его мѣстѣ, произнесъ бы нѣсколько проклятій!
-- Да, но не нѣмецкихъ.
-- Ба!..
-- Я слышалъ явственно, какъ онъ вскричалъ: "Gott verdamme mich!"
-- Такъ это Шомбергъ.
-- Именно, онъ и есть.
-- Въ такомъ случаѣ, готовь свои мази и пластыри, любезный Реми.
-- Зачѣмъ?