-- Развѣ вы могли бы скрыть отъ меня какую-нибудь тайну теперь? спросилъ Бюсси.
-- Нѣтъ...
-- Притомъ же, я написалъ сегодня утромъ два слова Сен-Люку, назначая ему свиданіе въ Анжерѣ. Онъ пріѣдетъ, и я возьму съ него честное слово дворянина, что онъ никому не скажетъ ни слова о моемъ пребываніи въ этомъ краю; это тѣмъ болѣе важно, милая Діана, что меня, вѣроятно, вездѣ ищутъ. Опасность угрожала мнѣ, когда я выѣхалъ изъ Парижа.
-- Вы правы... притомъ же, не смотря на всю любовь свою ко мнѣ, отецъ мой такъ честенъ, что самъ въ состояніи увѣдомить графа де-Монсоро.
-- Итакъ, будемъ скрываться... Если жь, не смотря на всѣ мѣры предосторожности, попадемся въ руки враговъ, -- значитъ, такова воля Бога.
-- Богъ милосердъ, Луи; не сомнѣвайтесь въ немъ теперь.
-- Я и не сомнѣваюсь въ Его милосердіи, по страшусь козней какого-нибудь демона, завидующаго нашему блаженству.
-- Простимтесь же, другъ мой, и не скачите такъ скоро, возвращаясь домой...
-- Не бойтесь, конь мой знаетъ дорогу; притомъ же, у меня еще не было лошади болѣе смирной и вѣрной. Возвращаясь домой, погруженный въ сладостныя мечтанія, я не касаюсь поводьевъ; лошадь моя идетъ сама.
Молодые любовники помѣнялись еще тысячью поцалуевъ прежде, нежели могли разстаться. Наконецъ, по близости замка, раздались звуки охотничьихъ роговъ, и Бюсси удалился.