III.
Съ какими извѣстіями пріѣхалъ графъ Монсоро.
Изумленіе графа Монсоро возрастало на каждомъ шагу; вѣрный бѣгъ Роланда, встрѣча его съ знакомой лошадью у стѣны парка, могли внушить подозрѣніе человѣку даже и не столь мнительному, какъ обер-егермейстеръ.
Поспѣшно приблизившись, Монсоро замѣтилъ состояніе каменной ограды въ этомъ мѣстѣ; на ней образовалась настоящая лѣстница, грозившая обратиться въ брешу; чьи-то ноги какъ-будто пробили себѣ ступени; трава въ этомъ мѣстъ была притоптана, сучья обломаны.
Графъ однимъ взглядомъ окинулъ всѣ предметы, потомъ отъ общаго перешелъ къ частностямъ.
Лошадь прежде всего заслужила его вниманіе.
На нескромномъ животномъ было сѣдло съ чепракомъ, вышитымъ серебромъ; въ одномъ углу былъ вензель изъ двухъ буквъ: Ф и А.
То была лошадь изъ конюшни принца; вензель означалъ: Франсуа-Анжуйскій.
Подозрѣнія обер-егермейстера превратились въ убѣжденіе. Герцогъ былъ здѣсь, и, вѣроятно, бывалъ часто, ибо и другая, любимая его лошадь, знала сюда дорогу.
Монсоро, какъ ревнивый мужъ, рѣшился убѣдиться собственными глазами, въ какой степени были вѣрны его подозрѣнія.