-- А! въ такомъ случаѣ, вы правы, объявляйте войну, пріймите титулъ короля Франціи, дѣйствуйте! Повысившись, вы повысите и меня... Я очень-радъ.
-- Кто тебѣ говоритъ о титулѣ короля Франціи? съ досадой возразилъ герцогъ:-- ты разсуждаешь о вещахъ, о которыхъ я никому, ни даже себѣ не позволю помышлять.
-- Въ такомъ случаѣ, намъ и спорить не о чемъ, если мы одного мнѣнія.
-- Одного мнѣнія?
-- Кажется. Берите собственную стражу, которую вамъ предлагаютъ, да требуйте еще въ добавокъ пятьсотъ тысячь ливровъ. Не подписывая мирнаго договора, требуйте, чтобъ анжуйской провинціи дано было право объявлять и вести войну. Такимъ-образомъ у васъ будутъ свои люди, деньги, могущество... а тамъ, что Богъ дастъ!
-- Они подпишутъ теперь что угодно, а когда я возвращусь въ Парижъ, все пропадетъ!.. сказалъ герцогъ.
-- Пропадетъ!.. Какъ можно? Не-уже-ли вы забыли, что предлагала вамъ королева?
-- Она предлагала черезъ-чуръ много.
-- Понимаю... Чѣмъ болѣе она предлагаетъ, тѣмъ менѣе намѣрена держать слово?
-- Разумѣется.