-- О, непремѣнно!
-- И такъ, прощайте, ваше высочество.
-- Прощай, Бюсси! Только не забудь одного: проститься съ моей матерью.
И Бюсси веселый, радостный, безпечный какъ школьникъ, для котораго наступилъ часъ рекреаціи, отправился къ Катеринѣ и тотчасъ же за тѣмъ сталъ готовиться къ отъѣзду, ожидая только вѣсти изъ Меридора.
Вѣсть пришла на другой день утромъ; Монсоро былъ наканунѣ такъ слабъ, что самъ отложилъ отъѣздъ до слѣдующаго утра.
Но около семи часовъ утра, тотъ же конюхъ, который принесъ Бюсси письмо Сен-Люка, пришелъ извѣстить его, что, не смотря ни на слезы стараго барона, ни на просьбы Реми, графъ отправился въ дорогу на носилкахъ, возлѣ которыхъ ѣхали верхомъ Діана, Реми и Гертруда.
Носилки несли восемь человѣкъ, смѣнявшіеся на каждомъ льё.
Бюсси, ожидавшій только этого извѣщенія, вскочилъ на коня, осѣдланнаго съ вечера, и выѣхалъ на дорогу въ Парижъ.