-- Во всякое время дня и ночи я готова принять посланных моего государя и супруга.
-- И вероятно, еще более будете рады, -- сказал в дверях звучный и приятный голос, -- если этот посланный, почтенная тетушка, будет Готье-Мони, привезший добрые вести.
Королева вскрикнула от радости и, встав, подала руку рыцарю, который, сняв шлем и отдав его своему оруженосцу, приблизился к королеве. Товарищ же его остановился у дверей, не снимая шлема и не поднимая даже забрала. Королева была до того обрадована, что не могла произнести ни одного слова, пока рыцарь, наклонясь, прикасался устами к ее руке. Что же касается Алиссы, то она молчала и дрожала всеми членами. Гильом, понимая, что происходило в ее душе, прислонился к стене, чувствуя, что силы ему изменяют и колени его подгибаются, и старался в темноте скрыть свою бледность и огненный взгляд, который он устремил на нее.
-- Вы приехали от короля, супруга моего? -- прошептала наконец королева. -- Скажите мне, здоров ли он, и что делает?
-- Он ожидает, ваше величество, и поручил мне счастье проводить вас.
-- Может ли это быть? -- вскрикнула королева. -- Поэтому он вступил уже во Францию?
-- Нет еще, почтеннейшая тетушка, не он, но мы были там для избрания замка Тун в колыбели вашему сыну. Замок этот есть истинное орлиное гнездо, приличное быть местом рождения королевскому потомку.
-- Объяснитесь подробнее, Готье, потому что я ничего не понимаю. Я так счастлива, что опасаюсь, не сновидение ли все это?.. Но для чего товарищ ваш стоит у дверей, не снимая шлема, и не приближается к нам? Не опасается ли он, что его, вестника таких приятных вестей, примем мы дурно?
-- Этот рыцарь произнес обет, так же как вы, тетушка, и как графиня Алисса, которая, не говоря ни слова, смотрит на меня так пристально. Успокойтесь, -- сказал он, обращаясь к ней, -- он жив и здоров, хотя и видит свет только одним глазом.
-- Благодарствуйте, -- сказала Алисса, вздохнув свободно, -- благодарствуйте. Теперь скажите нам, где король и где армия?