-- Что это значит? -- спросила королева.
-- Не знаю, ваше величество, -- отвечал Гильом, -- но если прикажете, сейчас узнаю и донесу вашему величеству.
-- Идите скорее, -- сказала королева, -- мы с нетерпением будем ожидать вас.
Гильом повиновался, и обе дамы, погрузясь в прежнюю задумчивость, из которой вывел их звук колокола, пробившего девять часов, вспоминали нить мечтаний, прерванных рассказом королевы об ужасном происшествии, впечатления которого, если не уничтожило совершенно, то, по крайней мере, ослабило появление Гильома Монтегю и его разговор. Поэтому, забыв о поручении, данном Гильому, не слышали, как он вошел, и, приблизившись к королеве, решился сам говорить, не дождавшись вопроса.
-- Я очень несчастлив, ваше величество, -- сказал он, -- потому что никогда не исполняется то, чего я желаю; вот известия, за которыми вам угодно было обещать послать меня. Вероятно, я способен только охранять старые башни этого замка, следовательно, и должен покориться моей участи.
-- Что вы говорите, Гильом? -- вскричала королева, -- разве есть какие известия из армии?
Что же касается до Алиссы, то она не говорила ни слова, но смотрела на Гильома таким умоляющим взором, что он, невольно обратясь к ней, отвечал больше на ее молчание, нежели на вопрос королевы, потому что это молчание было красноречиво и обнаруживало нетерпение.
-- Два приехавших рыцаря говорят, что они посланы королем Эдуардом. Прикажите ли их ввести к вашему величеству?
-- Введите как можно скорее, -- сказала королева.
-- Несмотря на позднее время? -- спросил Гильом.