-- Да вот же шлюпка, у берега.
-- Но это ваша шлюпка.
-- Ну так что же? Я вас перевезу.
-- Значит, вы знаете капитана Поля?
-- Я? Нисколько. Но я племянник адмирала, и меня знают все командиры судов -- от боцмана, который управляет шлюпкой, до вице-адмирала, который командует эскадрой. Притом наша братия, моряки, все связаны одной цепочкой и узнаем друг друга с первого взгляда, в каком бы месте суши или моря ни сошлись. Не церемоньтесь, принимайте мое предложение. Шлюпка, матросы и я сам -- к вашим услугам.
-- Хорошо, окажите мне эту последнюю услугу, и...
-- И вы забудете скуку, которую я навел на вас своей болтовней, не так ли? -- сказал моряк, улыбаясь. -- Что делать, любезный граф, -- продолжал он, -- проводя всю жизнь в море, поневоле привыкаешь к монологам: в штиль призываешь ветер, в бурю -- тихую погоду.
Эммануил с недоверчивым видом поглядел на своего собеседника, но тот выдержал этот взгляд с тем простодушным выражением на лице, которое появлялось у него сразу, как только он замечал, что за ним наблюдают. Граф невольно удивился этому презрению ко всему человеческому и поэтическому взгляду на мир, но так как он видел в этом странном моряке только человека, готового оказать ему необходимую услугу, то охотно принял его предложение без всяких оговорок. Минут через пять они уже сидели рядом в шлюпке и быстро неслись к фрегату благодаря усилиям шести дюжих матросов, которые гребли так ровно, с такой точностью, как будто веслами двигала машина, а не человеческие руки.
ГЛАВА II
По мере того как они продвигались вперед, красивые формы фрегата вырисовывались перед ними во всех подробностях и видно стало их удивительное совершенство. Сказать по правде, граф д'Оре был не знаток красоты, облеченной в такую форму, но и он не мог не любоваться изящными линиями корабля, прочностью мачт, тонкостью канатов и веревок, которые на фоне неба, озаренного последними лучами заходящего солнца, казались гибкими и шелковистыми нитями, словно сотканными каким-то гигантским пауком.