-- Каковы провинциалы, а? Прощу вас, барон! -- Эммануил взял Лектура за руку и повел в комнату, где был приготовлен брачный договор.
-- Хорош! Однако не знаю: потому ли, что первого я раньше встретил, только тот мне больше нравится.
-- Капитан Поль! -- провозгласил лакей.
-- Что это значит! -- воскликнул Эммануил, оборачиваясь.
-- Кто это? Еще какой-нибудь сосед? -- спросил Лектур.
-- О, нет, этот совсем другое, -- ответил Эммануил с беспокойством. -- Как этот человек посмел явиться сюда без приглашения?
-- Ага, понимаю... Какой-нибудь знакомый -- из простых, но богат. Нет? Так может быть, музыкант? Поэт? Живописец?.. Вы знаете, Эммануил, эту братию нынче везде принимают! Проклятая философия перемешала все сословия. Что делать, надо терпеть! Вообразите: нынче художник садится себе преспокойно рядом с дворянином, толкает его, приятельски кивает ему головой, сидит, когда тот встает. Они толкуют между собой о том, что делается при дворе, смеются, шутят! Это умора да и неприлично, но в большой моде.
-- Нет, барон, этот Поль не поэт, не музыкант, не живописец, а человек, с которым нам необходимо поговорить наедине. Уведите отсюда этого дурака де Нозе, покуда я спроважу Лажарри.
Они взяли гостей под руки и двинулись с ними в боковые комнаты, толкуя об охоте и путешествиях. Вскоре в дверях появился Поль.
Он уже знал эту комнату -- в ней по всем четырем стенам были двери; из боковых одна вела в библиотеку, другая в кабинет, куда он при первом своем посещении скрылся во время разговора Эммануила с Маргаритой. Поль подошел к столу и остановился, посматривая на ту и на другую дверь, словно ожидая кого-то. И точно, надежды его скоро оправдались. Через минуту дверь библиотеки отворилась, и в проеме ее возникла чья-то тень. Капитан бросился к ней.