-- Я знал, что мы мигом поймем друг друга, -- сказал офицер. -- Теперь отвечай, о чем кричала эта женщина и что вы с нею делали?
-- Мы вели ее на гауптвахту.
-- А зачем вели на гауптвахту?
-- Затем, что у нее нет пропуска, а по последнему приказу Комитета приказано задержать всякого, кто после десяти часов вечера попадется на улице, не имея при себе законного документа. Разве ты забыл, что отечество в опасности и что на ратуше вывешен черный флаг?
-- Черный флаг развевается на башне, и отечество в опасности, потому что двести тысяч солдат готовы вторгнуться во Францию, -- возразил офицер, -- а не потому, что женщина бегает по улицам Парижа после 10 часов вечера. Но постановление действительно существует, вы правы, и если б сначала сказали мне об этом, то объяснение наше было бы коротким и мирным. Хорошо быть патриотом, но не мешает быть и вежливым. Граждане должны уважать офицеров, которых они сами избирали. Теперь ведите эту женщину, если хотите, вы свободны.
-- Ах, гражданин! -- схватив руку Мориса, вскричала женщина, все время с беспокойством следившая за распрей. -- Ах, гражданин, не оставляйте меня во власти этих грубых и полупьяных людей.
-- Хорошо, -- сказал Морис, -- вот вам моя рука, я провожу вас до караула.
-- До караула? -- с ужасом повторила женщина. -- За что же вести меня туда, если я никому зла не причинила?
-- Вас ведут в караул, -- сказал Морис, -- не потому, что вы причинили зло, не потому, что считали вас способной сделать его, но потому, что постановление Комитета запрещает выходить без пропуска, а у вас его нет.
-- Но я этого не знала, сударь.