-- Я заключаю из этого, что гражданин Морис Лендэ честный человек, -- с отменным спокойствием отвечала Женевьева, -- и что его нечего опасаться.
-- Вы думаете, что он не знает, кого вы навещали в Отейле?
-- Я в этом уверена.
-- Откуда же эта внезапная решимость? Каким он был вчера, холоднее или живее обычного?
-- Нет, -- отвечала Женевьева, -- кажется, он был таким, -- как всегда.
-- Обдумайте то, что вы мне скажете, Женевьева. Вы должны понять, что ваш ответ будет иметь важное влияние на все наши предприятия.
-- Постойте, -- сказала Женевьева с волнением, которое прорывалось сквозь все ее усилия сохранить холодность, -- постойте...
-- Жду! -- отвечал Диксмер с едва заметным напряжением мускулов на лице. -- Соберите все ваши воспоминания, Женевьева.
-- Да, -- подхватила молодая женщина, -- да, припоминаю. Вчера он был не в духе. Гражданин Морис, -- продолжала она с некоторой нерешительностью, -- властолюбив в своей дружбе... и мы иногда по целым неделям дулись друг на друга.
-- Так это просто негодование? -- спросил Диксмер.