-- Я полагаю.
-- Женевьева, поймите, в нашем положении нужно не предположение, а уверенность.
-- Если так, друг мой... я уверена.
-- Стало быть, письмо это только предлог, чтобы не бывать у нас в доме?
-- Друг мой, как я еще могу это доказать?
-- Докажите, Женевьева, докажите, -- отвечал Диксмер. -- У всякой другой женщины, кроме вас, я бы этого не просил.
-- Это предлог, -- отвечала Женевьева, опустив глаза.
-- Ага! -- воскликнул Диксмер.
Потом, после некоторого молчания, отнял от груди своей ладонь, которой пытался сдержать сильное биение сердца, и схватился за спинку стула, на котором сидела жена.
-- Окажите мне услугу, друг мой, -- сказал он.