Диксмер несколько побледнел.
-- В самом деле? -- сказал он. -- В таком случае, любезный Морис, супруг должен благодарить вас за зло, которое вы делаете другу.
-- Вы понимаете, -- возразил Морис, -- я не настолько самонадеян, чтобы считать свое присутствие опасным для спокойствия вашего и вашей супруги, но оно может стать источником клеветы; а вы знаете, чем несообразнее клевета, тем ей легче верят.
-- Ребячество! -- сказал Диксмер, пожав плечами.
-- Называйте меня ребенком сколько вам угодно, -- отвечал Морис. -- Мы останемся теми же друзьями, потому что не в чем нам будет упрекнуть друг друга, тогда как, сближаясь, напротив...
-- А сближаясь, что было бы?
-- Молва, наконец, подпустила бы яду.
-- Неужели вы думаете, Морис, что я мог бы поверить...
-- О боже мой! -- сказал молодой человек.
-- Могли бы объясниться со мной, Морис, вместо того чтобы писать.