-- Разумеется. Вы видите республиканца, служащего вам проводником. Этот республиканец изменяет своему долгу, вот и все.
-- Но гражданин, -- живо подхватила незнакомка, -- вы заблуждаетесь, я так же, как и вы, предана республике.
-- В таком случае, если вы истинная патриотка, гражданка, то вам нечего скрывать. Откуда вы шли?
-- О, сударь, будьте милосердны! -- сказала незнакомка.
В этом слове "сударь" отразилась такая нежная, глубокая скромность, что Морис по-своему понял ее чувства.
"Нет сомнения, -- подумал он, -- что эта женщина возвращается с любовного свидания".
И сам не понимая почему, ощутил сильное стеснение в груди.
С этой минуты он шел молча.
Ночные путники добрались до улицы Веррери, встретив по дороге три или четыре патруля, которые, впрочем, благодаря паролю дали им свободно пройти. Но офицер последнего дозора выказал некоторое упорство.
Тогда Морис счел нужным, кроме пароля, сообщить свое имя и домашний адрес.