Наконец, когда он исчез на набережной, Морис закрыл окно, бросился в кресло и впал в дремоту, которая у сильных характеров и крепких организаций служит предчувствием великих несчастий, потому что дремота этого рода похожа на тишь перед бурей.
Морис был выведен из дремоты или, вернее, забытья слугой, который бегал за какими-то делами в город и возвратился с чрезвычайно оживленным лицом, какое вообще бывает у слуг, когда они горят нетерпением сообщить господам свеженькую новость.
Но видя, что Морис занят мыслями, слуга не посмел его расстраивать и удовольствовался тем, что несколько раз без всякой причины прошел перед ним по комнате.
-- Что такое? -- небрежно спросил Морис. -- Говори, коли что хочешь сказать.
-- Ах, гражданин, еще заговор, да какой!
Морис пожал плечами.
-- Такой, скажу вам, что волосы становятся дыбом, -- продолжал Сцевола.
-- Право? -- отвечал Морис тоном человека, привыкшего к подобным новостям в то ужасное время.
-- Да, гражданин, просто дрожь берет, как подумаешь -- мороз по коже.
-- Посмотрим, в чем дело?