-- Как не может быть, когда я сказал вам, что нашли люк, подземелье, кареты.
-- В том-то и дело, что ты не сказал об этом мне ни слова.
-- Ну, так расскажу.
-- Рассказывай! Если это сказка, все-таки послушаем.
-- Нет, гражданин, это не сказка, и лучшее доказательство то, что я услышал от привратника. Аристократы сделали подкоп, изволите видеть; подкоп этот начинался от улицы Кордери и упирался в погреб харчевни гражданки Плюмо... Вообразите, ведь гражданку Плюмо тоже втянули в заговор... Кажется, вы знаете ее?
-- Да. Что же дальше?
-- А вот слушайте. Вдова Капет должна была дать тягу через это подземелье. Она уж стала ногой на первую ступеньку -- каково! Да хорошо, что гражданин Симон поймал ее за платье... Постойте: бьют сбор... слышите барабан? Говорят, пруссаки в Даммартене и прошли до границы.
Посреди этого разлива слов правды и лжи, возможного и нелепого, Морис почти поймал путеводную нить. Все началось из-за гвоздики, отданной на его глазах королеве и купленной у несчастной цветочницы. В этой гвоздике содержался план заговора, который вспыхнул с более или менее верными подробностями, рассказанными Сцеволой.
В это время грохот барабана приблизился, и Морис услышал на улице крик:
"Гражданин Симон открыл большой заговор в Тампле! Большой заговор в пользу вдовы Капет открыт в Тамле!"