-- Есть, мой нежный друг, некая статья Комитета общественной безопасности, объявляющая изменником отечества каждого, кто находится в сношениях с врагами вышеозначенного отечества. Гм!.. Знакома тебе эта статейка?
-- Без сомнения.
-- Знаешь ее?
-- Да.
-- Мне кажется, ты порядочно-таки изменил отечеству. Что скажешь на это? -- спрашиваю словами Манля.
-- Лорен!
-- Да... если только ты не считаешь величайшими патриотами тех, кто дает жилье, стол и постель кавалеру Мезон Ружу, каковой, выражаюсь деловым слогом, вовсе не исступленный республиканец, по крайней мере на мой взгляд, и едва ли не принимал участие в сентябрьских событиях.
-- Ах, Лорен! -- вздохнув, произнес Морис.
-- Вследствие всего этого, -- продолжал моралист, -- кажется мне, что ты немножно слишком дружен с врагами отечества... Пожалуйста, не горячись, любезный друг, и признайся лучше, что ты не из числа ревностных.
Лорен произнес эти слова так нежно, как только позволяла его натура, и проскользнул под своим замечанием с ловкостью, чисто цицероновскою.