-- А сегодня утром, знаешь ли, мне кажется, что болен ты.
-- Это почему?
-- Да ты не сказал еще ни одного стиха.
-- Об этом именно я и думал сию минуту, -- отвечал Лорен. -- Впрочем, нам надо потолковать о вещах не очень-то веселых.
-- Что еще? -- с беспокойством спросил Морис.
-- А то, что завтра я дежурю в Консьержери.
-- В Консьержери, -- сказала Женевьева, -- у королевы?
-- Кажется, да.
Женевьева побледнела; Морис приподнял брови и сделал знак Лорену.
Лорен отрезал еще ломоть окорока, вдвое толще прежнего.