-- Отвечай, да или нет? -- вскричал Анрио.
-- Отвечай "да"! -- заорал Симон, замахнувшись шпандырем.
Ребенок вздрогнул, но не сделал ни малейшего движения, чтобы увернуться от удара.
Присутствующие испустили что-то вроде крика, возбуждаемого отвращением. Лорен сделал еще лучше: он бросился со своего места, и прежде, чем рука Симона опустилась, схватил ее кисть.
-- Отпустишь ли ты меня? -- завопил Симон, побагровев от бешенства.
-- Послушай, -- продолжал Фукье, -- нет ничего худого в том, что мать любит свое дитя; скажи же нам, Капет, как любила тебя мать? Это может принести ей пользу.
Малолетний узник вздрогнул при мысли, что может быть полезным своей матери.
-- Она любила меня, -- отвечал он, -- как любит мать своего сына. Есть только один способ для матерей любить детей, и дети только одним способом любят свою мать.
-- А, помнишь, змееныш, что мне говорил?.. А?..
-- Тебе приснилось, Симон, -- перебил Лорен.