-- Извините, милостивый государь, -- тотчас сказал молодой человек, -- я пришел переговорить о весьма важном деле; позвольте нам остаться вдвоем.
Престарелый священник знал по опыту, как выражаются великие горести; он прочел всю страсть на лице молодого человека, ужасное душевное волнение в его лихорадочном голосе и велел Жасенте выйти.
Молодой человек с нетерпением следил глазами за ключницей, которая, привыкнув участвовать в тайнах своего господина, медлила уходить, и потом, когда дверь за нею затворилась совершенно, сказал:
-- Прежде всего, милостивый государь, вы, конечно, спросите у меня, кто я? Предупреждаю вопрос; я изгнанник, человек, приговоренный к смерти и живущий только с помощью своей дерзости. Я кавалер Мезон Руж.
Аббат в ужасе подпрыгнул в своем кресле.
-- О, не бойтесь, -- продолжал кавалер. -- Никто не обратил внимания на то, как я вошел сюда, и даже те, которые видели меня, никак не узнали: я очень переменился за последние два месяца.
-- Но скажите, наконец, чего же вы хотите, гражданин?
-- Сегодня утром вы пойдете в Консьержери, не так ли?
-- Да! Меня звал привратник.
-- И знаете зачем?