Черезъ пять минутъ пажъ извѣстилъ ее, что поѣздъ готовъ тронуться съ мѣста. Маргерита дала Гильйоннѣ знакъ позаботиться о раненномъ, и вышла.
Король, королева-мать, Таваннъ и главнѣйшіе католики были уже на лошадяхъ. Маргерита быстро оглянула все общество, состоявшее человѣкъ изъ двадцати: короля наваррскаго тутъ не было.
Но г-жа де-Совъ была здѣсь; она обмѣнялась съ нею взглядомъ, и Маргерита поняла, что любовница мужа ея хочетъ ей что-то сказать.
Поѣздъ двинулся по улицѣ Ластрюсъ и Сент-Оноре. Увидѣвъ короля, королеву Катерину и главнѣйшихъ католиковъ, народъ собрался и сопровождалъ ихъ, безпрестанно прибывая и крича: "да здравствуетъ король! смерть гугенотамъ!"
Народъ кричалъ, махая окровавленными шпагами и дымящимися пищалями, свидѣтелями участія его въ ужасномъ событіи.
Въ концѣ Улицы-де-Прувелль, поѣздъ встрѣтилъ толпу людей, тащившихъ обезглавленный трупъ. Это было тѣло адмирала. Они тащили его повѣсить за ноги въ Монфоконѣ.
Кавалькада въѣхала на Кладбище-Невинныхъ воротами, противолежащими улицѣ де-Шанъ, теперешней де-Дешарж е ръ. Духовенство, извѣщенное о посѣщеніи короля и королевы-матери, ожидало ихъ съ привѣтственною рѣчью.
Г-жа де-Совъ воспользовалась минутою, когда Катерина слушала обращенное къ ней слсво, приблизилась къ Маргеритѣ и попросила позволенія поцаловать ей руку. Маргерита подала ей руку, и Шарлотта, цалуя ее, всунула за рукавъ королевы свернутую записочку.
Какъ быстро и скрытно ни удалилась г-жа де-Совъ, Катерина это замѣтила и оборотилась въ ту самую минуту, когда она цаловала руку королевы.
Обѣ женщины замѣтили взглядъ, пронзившій ихъ какъ молнія, но обѣ сохранили хладнокровіе. Шарлотта удалилась отъ Маргериты и заняла свое мѣсто при Катеринѣ.