Движеніе Генриха выказало его безпокойство.
-- Не бойтесь ничего, ваше величество. Мы одни, и я поспѣшу, потому-что минуты дороги. Ваше величество однимъ словомъ можете возвратить намъ все, чего лишили насъ и нашу вѣру событія этого года. Будемъ говорить ясно, коротко и откровенно.
-- Я слушаю, отвѣчалъ Генрихъ, видя, что невозможно избѣжать объясненія.
-- Правда ли, что ваше величество отреклись отъ протестантской религіи?
-- Правда.
-- Да; но на словахъ, или въ душѣ?
-- Человѣкъ всегда благодаритъ Бога, когда Онъ спасаетъ ему жизнь, отвѣчалъ Генрихъ, изворачивая вопросъ, что обыкновенно дѣлывалъ онъ въ подобныхъ случаяхъ:-- а Богъ видимо сохранилъ меня среди ужасной опасности.
-- Признайтесь въ одномъ, ваше величество.
-- Въ чемъ?
-- Въ томъ, что отреченіе ваше -- дѣло разсчета, а не убѣжденія. Вы отреклись, чтобъ король позволилъ вамъ жить...