Маргерита улыбнулась.
-- И все это ла-Моль? спросилъ Генрихъ.
-- Нѣтъ, это де-Муи.
-- Онъ! воскликнулъ Генрихъ съ изумленіемъ и радостью:-- такъ онъ не у д'Алансона? Позовите же его; я хочу говорить съ нимъ...
Маргерита подошла къ кабинету, отворила дверь, взяла де-Муи за руку и прямо подвела его къ королю.
-- А! сказалъ молодой гугенотъ съ упрекомъ, но больше съ грустнымъ, нежели съ горькимъ выраженіемъ голоса: -- вы измѣняете, не смотря на свое обѣщаніе,-- это дурно. Что бы вы сказали, еслибъ я захотѣлъ отмстить, объявивъ...
-- Вы не станете мстить, де-Муи, прервалъ его Генрихъ, пожимая ему руку:-- или, по-крайней-мѣрѣ, прежде выслушаете меня... Присмотрите, пожалуйста, прибавилъ онъ, обращаясь къ королевѣ:-- чтобъ никто насъ не подслушалъ.
Едва выговорилъ Генрихъ эти слова, какъ прибѣжала Гильйонна, встревоженная, и шепнула что-то на ухо Маргеритѣ. Маргерита вскочила съ мѣста и убѣжала съ Гильйонной въ переднюю. Генрихъ, между-тѣмъ, нисколько не заботясь о томъ, что заставило ее выйдти, осматривалъ постель, занавѣсы, ощупывалъ стѣны. Де-Муи, раздраженный всѣми этими предосторожностями, попробовалъ, хорошо ли выдвигается изъ ноженъ его шпага.
Маргерита, вышедъ изъ спальни, бросилась въ прихожую и очутилась лицомъ-къ-лицу съ ла-Молемъ, который, не смотря ни на какія просьбы Гильйонны, хотѣлъ, во что бы то ни стало, войдти къ Маргеритѣ.
За нимъ стоялъ Коконна, готовый толкнуть его впередъ, или прикрывать отступленіе.