-- Это запрещеніе не касается до меня, кормилица.
-- Приказъ отданъ для всѣхъ, ваше величество.
Катерина улыбнулась.
-- Да, знаю, продолжала кормилица: -- что никто не смѣетъ здѣсь противиться вашему величеству,-- и потому я умоляю васъ внять просьбѣ бѣдной женщины, и не идти дальше.
-- Я должна поговорить съ нимъ.
-- Я отворю дверь только по формальному приказанію вашего величества.
-- Отворяй, я приказываю.
Повелительный голосъ Катерины уважали въ Луврѣ, или, лучше сказать, боялись его больше, чѣмъ голоса самого Карла. Кормилица подала ей ключъ, но это было безполезно. Катерина достала другой изъ своего кармана, и отомкнула дверь.
Комната Карла была пуста, постель не измята; пара собакъ, лежавшихъ на медвѣжьей шкуръ, встала и начала ласкаться къ королевѣ.
-- А! проговорила она, нахмуривъ брови: -- онъ вышелъ. Подожду.