Катерина дѣйствительно предпочитала его прочимъ сыновьямъ своимъ за храбрость.
Катерина одна знала о возвращеніи д'Анжу въ Парижъ. Карлъ случайно встрѣтилъ его близь отели Конде, когда тотъ выходилъ изъ дома. Карлъ ожидалъ его только на другой день; д'Анжу надѣялся скрыть отъ него цѣль, съ которою пріѣхалъ днемъ раньше, именно: свиданіе съ Маріею клевскою, принцессою де-Конде, и совѣщаніе съ польскими послами.
Объ этомъ-то послѣднемъ дѣлѣ, д'Анжу надо было поговорить съ матерью.
Когда герцогъ д'Анжу, давно-ожидаемый, вошелъ къ матери, Катерина, всегда холодная и безстрастная, Катерина, со времени отъѣзда любимаго сына страстно обнимавшая одного Колиньи наканунѣ его смерти, встрѣтила сына съ отверстыми объятіями и прижала его къ груди съ жаромъ, какого трудно было ожидать отъ ея изсохшаго сердца.
Потомъ она отошла отъ него, посмотрѣла еще разъ и опять бросилась обнимать.
-- Небо позволило мнѣ безъ свидѣтелей обнять мать мою, сказалъ герцогъ:-- утѣшьте же несчастнѣйшаго человѣка въ мірѣ.
-- Что съ тобою? спросила Катерина.
-- Дѣла вамъ извѣстныя. Я люблю, я любимъ; но самая эта любовь, которая составила бы счастіе другаго, составляетъ все мое горе.
-- Объяснись.
-- Эти посланники... отъѣздъ мой...