-- Хорошо; знаю.
-- Я тебя оставляю теперь; у меня сегодня много дѣла. И спѣши,-- не къ-чему; тебѣ не для чего явиться въ Лувръ раньше его, а онъ, кажется, беретъ сегодня утромъ урокъ въ птичьей охотѣ. Смѣлѣе! Ты выздоровѣлъ и пришелъ благодарить г-жу де-Совъ за ея милости и попеченія. Съ Богомъ!
Морвель слушалъ съ неподвижнымъ взоромъ. Потъ выступилъ у него на лбу. Первымъ движеніемъ его было -- взять пистолетъ и прицѣлиться въ де-Муи. Но де-Муи сдѣлалъ въ это время движеніе, плащъ его распахнулся, и Морвель замѣтилъ на немъ превосходную кирассу. Онъ сейчасъ разсчелъ, что пуля или расплющится о кирассу, или ранитъ его гдѣ-нибудь не смертельно. Сверхъ того, де-Муи былъ силенъ и хорошо вооруженъ; ему легко было сладить съ раненнымъ. Морвель вздохнулъ и спряталъ пистолетъ назадъ.
-- Какое несчастіе, подумалъ онъ: -- что я не могу убить его здѣсь, безъ свидѣтелей, исключая этого мальчишки! А его можно бы отправить вторымъ выстрѣломъ.
Морвелю пришло на мысль, что записка, данная Ортону къ г-жѣ де-Совъ, можетъ быть важнѣе самой жизни предводителя гугенотовъ.
-- А! ты опять ускользнулъ отъ меня, подумалъ онъ.-- Пусть такъ. Иди-себѣ здравъ и невредимъ; но завтра настанетъ моя очередь. Я отъищу тебя хоть въ аду, изъ котораго ты, кажется, вышелъ на мою погибель, если я не погублю тебя прежде.
Въ эту минуту, де-Муи закрылъ лицо свое плащомъ и пошелъ по направленію къ Тамплю. Ортонъ направился къ рѣкѣ.
Тогда Морвель, вставъ съ такою легкостью и силою, какой нельзя было ожидать отъ больнаго, поспѣшилъ въ Улицу-Серизэ, зашелъ домой, велѣлъ осѣдлать лошадь и, не смотря на свою слабость, поскакалъ въ Улицу-Сент-Антуанъ по набережной и наконецъ пріѣхалъ въ Лувръ.
Черезъ пять минутъ, Катерина знала обо всемъ случившемся, и Морвель получилъ тысячу экю, обѣщанные ему за арестованіе короля наваррскаго.
-- Или я жестоко ошибаюсь, подумала Катерина: -- или этотъ де-Муи то черное пятно, которое Рене открылъ въ гороскопѣ Генриха.