-- Хорошо, сказалъ онъ:-- я отдамъ вамъ, что вы требуете.
Съ этими словами, онъ оборотился, какъ-будто подходя къ свѣту, и снялъ мнимую реликвію: это былъ медальйонъ съ портретомъ; вынулъ портретъ, поцаловалъ его нѣсколько разъ, уронилъ его, какъ-будто нечаянно, и сильно наступилъ на него пяткою, такъ-что раздавилъ на тысячу кусковъ.
-- Милостивый государь!.. сказалъ губернаторъ.
Онъ наклонился и посмотрѣлъ, нельзя ли спасти вещь, которую ла-Моль хотѣлъ скрыть отъ него; но портретъ въ буквальномъ смыслѣ превратился въ пыль.
-- Королю угодно было имѣть оправу, сказалъ ла-Моль: -- но онъ не имѣлъ никакого права на заключавшійся въ ней портретъ. Вотъ медальйонъ, вы можете взять его.
-- Я пожалуюсь королю, сказалъ Боль е.
И, не простившись съ арестантомъ ни единымъ словомъ, онъ вышелъ въ такомъ гнѣвѣ, что не дождался даже, чтобъ сторожъ при немъ заперъ двери.
Сторожъ сдѣлалъ нѣсколько шаговъ, чтобъ выйдти, и видя, что Боль е сходитъ уже съ лѣстницы, оборотился и сказалъ ла-Молю:
-- Хорошо, что я догадался тотчасъ же взять съ васъ сто экю, за которые доставлю вамъ свиданіе съ вашимъ товарищемъ. Еслибъ вы ихъ не отдали, такъ все-равно губернаторъ взялъ бы ихъ съ остальными тремя стами, и тогда совѣсть уже не позволила бы мнѣ услужить вамъ; но вы мнѣ заплатили впередъ, я обѣщалъ, что вы увидитесь... пойдемте... честный человѣкъ умѣетъ держать свое слово. Только, если можно, пожалуйста, ради себя и меня, не говорите о политикѣ.
Ла-Моль вышелъ изъ своей комнаты и очутился лицомъ-къ-лицу съ Коконна, ходившимъ по средней залѣ.