Когда онъ глядѣлъ еще вслѣдъ за уходящей матерью, -- онъ услышалъ за собою легкій шумъ, и, оглянувшись, увидѣлъ Маргериту, приподнимавшую завѣсу изъ корридора, со стороны комнаты кормилицы.
Блѣдность лица, блуждающіе взоры и стѣсненное дыханіе выказывали въ ней сильное душевное волненіе.
-- Братецъ! братецъ! воскликнула она, бросаясь къ его постели.-- Вы знаете, что она лжетъ!
-- Кто она? спросилъ Карлъ.
-- Послушайте, Карлъ; конечно, ужасно обвинять мать; но я догадывалась, что она останется съ вами, чтобъ снова ихъ преслѣдовать... Клянусь вамъ жизнью, клянусь вамъ душою, она лжетъ!
-- Преслѣдовать ихъ!-- Кого же она преслѣдуетъ?
Оба по инстинкту говорили тихо: имъ какъ-будто было страшно слушать другъ друга.
-- Во-первыхъ, Генриха, вашего Ганріо, который васъ любитъ, который преданъ вамъ больше всѣхъ въ мірѣ.
-- Ты думаешь?
-- О! я въ этомъ увѣрена.