-- Да онъ и самъ не захотѣлъ бы; много потеряетъ. Разсуди: пять сотъ экю отъ насъ, пансіонъ отъ правительства, можетъ-быть и чинъ; онъ заживетъ-себѣ припѣваючи, когда я его убью... Что съ тобою?
-- Ничего! такъ, мнѣ пришло кое-что въ голову.
-- Видно невеселое, ты блѣденъ.
-- Я думаю: зачѣмъ насъ поведутъ въ церковь?
-- Зачѣмъ! говѣть... Теперь, кажется, такое время.
-- Но въ церковь ведутъ, кажется, только осужденныхъ на смерть, или подвергнутыхъ пыткѣ.
-- О! сказалъ Коконна, слегка блѣднѣя въ свою очередь.-- Это заслуживаетъ вниманія. Разспросимъ-ка мою жертву. Эй! сторожъ! пріятель!
-- Вы звали? сказалъ сторожъ, стоявшій на первыхъ ступеняхъ лѣстницы.
-- Да! поди-ка сюда.
-- Чего изволите?