Генрихъ опять взглянулъ на перваго всадника, склонился черезъ перила, осѣнилъ глаза рукою и узналъ молодаго гугенота.
-- Де-Муи! воскликнулъ онъ, какъ-будто тотъ могъ его слышать.
Въ радости, что его окружаютъ друзья, онъ самъ бросилъ свою шляпу вверхъ и замахалъ шарфомъ.
Всѣ бѣлые платки завѣяли снова съ живостью, свидѣтельствовавшею о ихъ радости.
-- Увы! они ждутъ меня, сказалъ онъ:-- а я не могу къ нимъ присоединиться. Почему не попытался я, когда еще было можно? Теперь поздно!
Онъ сдѣлалъ имъ знакъ, что нѣтъ надежды; но де-Муи отвѣчалъ другимъ, означавшимъ: "я подожду".
Въ эту минуту, Генрихъ услышалъ, что кто-то идетъ по каменной лѣстницѣ. Онъ быстро отошелъ отъ перилъ. Гугеноты отгадали причину этого движенія; шпаги возвратились въ ножны и платки исчезли.
Генрихъ увидѣлъ на лѣстницѣ женщину, запыхавшуюся отъ скорой ходьбы, и не безъ ужаса узналъ въ ней Катерину Медичи.
За нею два солдата остановились на лѣстницѣ.
-- О! подумалъ Генрихъ:-- должно быть, случилось что-нибудь важное, что она пришла ко мнѣ на платформу.