- До субботы, - повторила Шатору.
Но может ли человек знать, что с ним случится завтра! Герцогиня назначила днем своего выздоровления субботу, но в субботу ей сделалось еще хуже, и она поневоле должна была отказаться от своего желания ехать к королю.
С этого дня болезнь начала все более и более усиливаться. Одиннадцать суток провела бедная герцогиня в беспамятстве и сильном бреду. Во время бреда она кричала, что отравлена, что яд, который дали ей принять, прислан был от Морпа - Морпа-министра. Когда сознание к ней возвращалось, она исповедовалась у отца Лего, который говорил, что никогда не видел больную, которая бы готова была умереть с такой преданностью воле Божьей, как она.
Это был тот самый Лего, священник церкви св. Сульпиция, который показал себя столь строгим к бедной герцогине Беррийской.
Герцогине во время болезни пускали кровь девять раз - то из руки, то из ноги. Однако ничто не помогало: жар с каждым днем все усиливался, бред был почти беспрерывный, и в этом бреду больная часто повторяла, что она отравлена и что яд доставлен от министра Морпа.
8 декабря герцогиня Шатору, фаворитка короля, умерла в ужасных мучениях.
По вскрытии ее трупа никаких признаков отравления найдено не было.
Через два дня, то есть 10 декабря 1744 года, она была предана земле в склепе часовни св. Михаила, близ церкви св. Сульпиция.
За два года до этого, в этот же самый день, то есть 10 декабря, под подушкой герцогини была найдена табакерка короля.
Людовик XV был очень опечален этой смертью и, чтобы развеяться, поехал на охоту. 8-го числа он не мог просидеть в совете до конца и, не желая никого видеть, заперся в своем великолепном замке Трианон в обществе маркизы Буффлер, герцогини Моденской и госпожи де Бельфон, дабы вдоволь там поплакать.