Несмотря на это решительное желание короля, герцог д'Егильон не хотел, однако, ускорять отъезда фаворитки; он спрятал ее в замке и объявил, что она уедет на другой день; это несколько успокоило духовных лиц.
Герцог д'Егильон очень хорошо сделал, что медлил отвезти фаворитку в Рюэль, ибо 4 мая король с такой настойчивостью начал просить привезти ее к нему, что герцог поневоле должен был объявить ему, что она еще в замке.
- Так позовите же ее ко мне!.. Позовите ее! - воскликнул король.
Дю Барри вошла к королю - и это было последнее ее свидание с ним.
- Ах! Графиня, графиня! - сказал король. - Как жаль мне с вами расставаться!.. Но это нужно... Обстоятельства того требуют: уезжайте, графиня, уезжайте!..
Графиня вышла от короля вся в слезах.
Дю Барри имела прекрасное, доброе сердце; она любила Людовика XV, как своего отца.
Герцогиня д'Егильон усадила ее в карету вместе с девицей дю Барри, старшей сестрой, и отвезла в Рюэль, чтобы дожидаться конца событий.
Не успела фаворитка выехать еще за ограду замка, как король снова потребовал ее к себе.
- Графиня уехала, - отвечали ему.